Ищейки

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ищейки » Чистилище » Я знаю точно наперед...сегодня кто-нибудь умрет.


Я знаю точно наперед...сегодня кто-нибудь умрет.

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

I.
Я знаю точно наперед...сегодня кто-нибудь умрет.
II.
Адам, Вероника Кэроллы.
III.
[21 | 2013 | 12 марта].
IV.
...Я знаю где, я знаю как.
Я не гадалка, я маньяк (с)
Первое убийство Вероники, которое предстоит увидеть именно ее брату - Адаму.

V.
Иллюстрация

+1

2

Белые ладони были обращены к грязному, низкому Нью-йоркскому небу. Конечно же Нью-Йоркскому, какому же еще? Только под ним, в рваных ночных тенях, можно так красиво расположить эти изгибы рук. С расслабленных пальцев, достойных своим жестом творения Микеланджело, стекали капли крови. Словно и рука лежащего на земле была готова принять животворящий импульс от кого-то с небес, чтобы наконец ожить. Но сверху никого не было. Только грязное Нью-Йоркское небо. Поэтому ладони были обращены к небу совершенно зря, в каком-то бысмысленном и полным ложных надежд жесте. Никки видела искаженное тоской мертвое мужское лицо. Оно резко распахнуло глаза, в упор глядя на нее, в нос ударил металлический запах крови.
Рыжая рывком села в кровати, круглыми глазами глядя в темный угол комнаты. Когда такие сны пришли к ней первый раз, она проснулась в ужасе. Чувствовала жар чужой крови на своих руках, видела эти глаза, и сердце заходилось в бешеном темпе. Секундой позже пришло непрошенное, какое-то ущербное удовольствие. Его Никки боялась даже больше, чем вида трупов, распростертых в ее снах. Сначала она отрицала, пыталась забыть, игнорировала. Но каждую новую ночь на ее руках оставалось все больше чужой воображаемой крови. Образы великих мастеров художественного искусства смешивались с чем-то новым, дерзким…Ее. И удовольствие становилось все требовательнее. Больное и не правильное, оно затопляло изнутри, жадно требовало большего.
С каждым новым сном художница просыпалась все больше трясясь. И даже самой себе она еще пыталась врать, что от страха. Жадно хватала воздух, чувствуя гаснущее послевкусие крови, и…не могла надышаться.
Поэтому сейчас она выскочила из постели, перепрыгнула через Тайсона и бросилась одеваться. Именно поэтому выскочила на ночные улицы Бронкса. Просто. Подышать. Проветриться. Выбросить все это из головы. Уютно лежащий на дне сумки нож – исключительно для защиты. Исключительно.
Подняв рыжую голову, девица невольно улыбнулась грязному и серому Нью-Йоркскому небу. Почти как во сне. В бесконечной череде шагов и собственного сердца, Никки почти упустила момент, когда к ней присоединился еще кто-то. Тяжелая уверенная поступь, неотступно следовавшая по темным улочкам прямо за рыжей. От нее внутри все переворачивалось. От нетерпения. Воровато оглянувшись, девушка увидела, как мужская фигура ускорила шаг. Словно ей надоело ждать.
О, Никки так понимала его. Испуганно вздрогнув, свернула за угол, оказавшись в очередном узком и всеми богом забытом тупике. В несколько широких торопливых шагов рванула вперед за мусорные баки. Здесь было темно и холодно, даже бездомных не оказалось. Девушка замерла у исписанной граффити стены, держа одну руку в собственной сумке. Сжимая, самое дорогое, словно охраняя от того, что его могут отобрать. И вновь сзади шаги, какие-то слова, жесткая хватка на руке, от которой Никки рывком разворачивает лицом к коренастому мексиканцу.
Ее рука словно вновь действовала, повинуясь чужой воле, быстро и почти бережно погружая обнаженное лезвие кинжала в плотный живот мужчины. Пальцы опалило горячим, и рыжая шокировано замерла, во все глаза глядя на желтое носатое лицо. Такое удивленное. Он ведь всего лишь хотел денег и телефон. Ну и может трахнуть неосторожно выпершуюся на улицы курицу. А теперь медленно оседал вниз, заливая кровью собственную футболку, джинсы и кроссовки. Наседал на нож, пропоровший  селезеночную артерию. Утягивал его своим весом вниз.  Рыжей стало казаться, словно сейчас она является тем последним, что держит этого мужчину в этом мире. На острие ножа, зажатого в ее руке. Жадно всматриваясь в некрасивое лицо, повела рукой, вдавливая нож до упора. И выдернула его из раны, когда поняла, что не сможет удержать падающее и истекающее тело на ногах. Он не дергался, не загребал ногами. Не было даже красиво стекающей крови. Мексиканец просто упал в грязь у ног рыжей девчонки, смешивая свою кровь с дождевой водой и какими-то помоями. И сдох.
Никки не могла поверить в произошедшее. Закусив бескровную губу, переводила взгляд со своих рук, украшенных чужой кровью, на тело. Ее начинало трясти. Как…Как так вышло?! Рыжая тяжело привалилась к стене, чувствуя что задыхается. Наверное, ей бы вновь полагалось умирать от ужаса? Но она чувствовала разочарование. Все было совершенно не так, как в ее снах. И этот тупой мексикашка не был красивым. Он был плюгавым и с рытвенным лицом, он сдох так быстро, что даже Никки, видевшая его глаза, не смогла уловить в них ничего. Никакой истории. Просто удивление и..уже смерть. Задражав всем телом от злости и нетерпения, девица опустилась на корточки, вглядываясь еще раз в это лицо. Запоминая.
Покрытые солнечными веснушками губы тронула беспечная улыбка. Она поняла. Это была не его история. А ее. Все вставало на свои места.
Рыжая быстро вытащила салфетки, вытирая руки и нож. Тот факт, что она сама никогда в жизни даже не представляла, где расположена селезеночная артерия, но тем не менее с хирургической точностью попала в нее, ее не смущал.

+2

3

Составленный Адамом благосклонный прогноз относительно состояния Никки оставался лишь прогнозом. На деле изменения действительно были слишком заметны. И без того замкнутая, нередко грустная сестренка теперь слегка помешанной. Коп понятия имел, чем вызваны эти изменения. Нездоровый блеск ее по-русалочьи темных глаз, подрагивающие пальцы, ставший беспокойным сон. Но надеялся, что все это - временно, и вскоре она успокоится. Не сразу, конечно: Кэролл понимал, что на это потребуется время, возможно немалое. Пара месяцев, или полгода.
Спокойный, готовый предоставить сестренке любого рода поддержку, он настроился просто ждать, и помогать ей справляться со случившимся. Кому, как не ему, было знать - помощь понадобится.
После печальной ночи третьего апреля, а также инцидента с автобусом, ничего особенного не случалось. Сегодня Адаму "повезло" лишь задержать нетрезвых подростков за рулем автомобиля родителей одного из них. После этого напарнику копа позвонили из дома. Семейные обстоятельства, по которым коллега оставил Кэролла в одиночестве, интересовали последнего мало. Город в кои-то веки мирно спал. Это была одна из тех ночей, которые не преподносят сюрпризов, Адам отчего-то был уверен.
Порой его отношение к работе, выраженное в совокупности предельной исполнительности, преданности стране и долга перед ней, дополнялось нотками теплоты. Можно было даже сказать, что он любил работу. Когда приходилось в одиночестве неспешно ездить порою даже с выключенными фарами по пустынным, окрашенным в темно-синий улицам ночного города, прислушиваясь и наблюдая, и помогая соблюдать порядок.
Однако, силуэт мужчины, стремительно вышагивающего вдоль улицы и заворачивающего в ближайшую подворотню, насторожил копа. Он видел таких и прежде; что-то в походке, в напряженной линии плеч мужчины наводило на мысли о его настороженности... готовности. К чему? Посмотрим. Притормозив, Адам направился к той же подворотне, двигаясь как можно тише. За углом можно было увидеть что угодно. Начиная от передачи поставки наркоты, и до убийства или изнасилования.
Приникнув спиной к торцевой стене многоэтажки, Адам быстро выглянул, окинув взглядом проулок. И застыл на месте. Мужчина, которого коп еще пару минут назад в чем-то подозревал, лежал на земле совершенно неподвижно. А в очертаниях склонившейся над ним девушки, высокой, немного угловатой, с копной рыжих волос, он не мог не узнать сестру.
Больше в переулке никого не было.
Табельный пистолет, сжатый крепко в руке, и снятый с предохранителя, коп убирать в кобуру не спешил. Вышел из-за угла, приближаясь к ним неспешно, словно ожидая ловушки. Неестественность происходящего не позволяла ему до конца поверить в произошедшее. Скорей, это напоминало ему дурно поставленные декорации.
- Никки? Ты должна сейчас быть дома, в постели. - Адам остановился в нескольких ярдах от рыжей, хмуро глядя на нее, и на нож в ее руках - где взяла такой? - Что за чертовщина здесь происходит?
Для того, чтобы сложить собственное отношение к ситуации, было слишком мало данных. Поэтому коп просто спрашивал сестру - без единой эмоции, кроме искреннего удивления.

+2

4

Было пришедшее на смену разочарованию умиротворение было разодрано в жалкие клочки, когда рыжая услышала в тупике чужие шаги. Это было глупо, так глупо! Ну не могла же она быть настолько невезучей, что бы вот так попасться у этого бесполезного мексикашки! Этот отброс грабил по ночам, насиловал слабых женщин, наверняка пачкал руки и широкий нос наркотой или еще бог весть чем...Он наверняка схватил рыжую для привычного ночного развлечения...Наверняка же она сделала миру огромное одолжение, избавив от этого отброса. А если бы не смогла - присоединилась к списку его жертв. Как кто-то может осуждать ее за то, что она сделала?!
Все еще нервно подрагивая, девица бросила полный ненависти взгляд на труп у своих ног, не спеша вставать с корточек. Подумать о том, что ей делать, если это копы, рыжая не успела.
"- Никки?"
Смертельно побледнев, девица низко опустила голову, прижимая бешено трясущиеся ладони к лицу. В одной руке все еще был зажат нож. Внутри у нее все оборвалось. Услышав знакомый голос, кто-то другой в ее ситуации обрадовался бы. Но художница чувствовала, как только что умерла. Как разжимается тугая пружина хаоса, уничтожая всю ее жизнь и то немногое, чем она дорожила. А именно - теплыми отношениями с братиком. Который теперь застал ее над трупом. И это он! Служитель порядка и вообще просто идеал. Всхлипнув, девица сжалась от звуков голоса брата. Бесновато мотнула головой, не желая верить в то, что жизнь и судьба могли сыграть с ней такую жестокую шутку.
Позволит ли она им так разрушать ее и ее жизнь? С неожиданной яростью, присущей наверное только сумасшедшим, девушка поняла что нет. Она не могла отпустить Адама.
- Не спалось...Опять, - Тихо пробормотала она. Судя по голосу в горле у девушки комом стояли слезы. Ну что ж...пока она говорила правду. - Шла...Потом шаги. Он преследовал, - тяжело опираясь на стенку, рыжая попыталась подняться. В безвольно опущенной руке все еще был зажат нож. Никки отважилась наконец поднять взгляд на братика, глядя с мольбой. - Я испугалась...а тупик, - Соврала...Но голос не дрогнул. Просто потому, что предел уже был достигнут. - выйти не дал, схватил и...я не знаю как это произошло, - опустив руки на свои нелепые, дрожащие верхние конечности, Никки зажмурилась. По щекам скользнули слезы. Она и правда была в ужасе. Но не от того, что убила человека, как это могло бы показаться. А от того, что братик теперь мог начать презирать ее. Самоубийца, ненормальная, а теперь еще и убийца...
- Адам.., - Неловкий шаг в сторону братика. - Ч-что теперь будет?

+2

5

Обычно спокойного, уравновешенного Адама вывести из себя было довольно сложно. Однако, события последних дней приучили его ждать неприятностей. Что называется, держать руку на пульсе. Еще и все эти проблемы с Никки. Кто угодно мог говорить, что его маленькая сестренка тронулась крышей, или сошла с ума, Адаму это было безразлично: он за нее лишь волновался. Теперь, увидев ее над телом, коп на несколько мгновений замер, обдумывая.
Ему нужно было немного времени, чтобы заметить ее тревогу, взволнованность на грани истерики. Мольба во взгляде, дрожащие руки - и как только она удержала в них нож?.. И норовящий сорваться тонкий голос. Лицо Адама окаменело; собранный, внимательный, он ступал бесшумно, быстро оглянувшись по сторонам. Точно скрученная до предела пружина. Коп слепо стремился лишь к одному - защитить влипшую в очередную передрягу сестру.
Свидетелей не было. Камер служб безопасности - тоже. Мало кого интересует глухой замызганный угол.
- Никки, - попросил Адам тихо, прямо глядя в ее глаза. - Без паники, пожалуйста. Не бойся.
Коп склонился над телом, опустившись на корточки. Пальцами коснулся уже не пульсирующей жилки на его шее. Выдохнул. Тело неподвижно лежало на асфальте, завалившись в воняющую помоями лужу и нелепо в стороны ноги. От мексиканца пахло дешевым алкоголем и застарелым потом. Поношенная, грязная одежда успела пропитаться кровью. Из раны на животе все еще вытекала алая жидкость, образуя вокруг неудачливого вора лужу впечатляющую лужу. На загорелом, морщинистом лице застыло выражение удивления. Такого отпора от тощей рыжей девицы мексиканец явно не ждал.
Коп наклонился, отвел в сторону полы куртки, рассматривая рану через тонкую ткань майки. На удивление глубокая и точная. Не так легко ударить человека в живот ножом, чтобы он сразу умер. Нанесенную сестренкой рану хирург назвал бы поразительно удачной. Сестренкой ли?
- Как ты его так ударила? - Адам не скрывал удивления во взгляде. В скупом свете фонарей глухого переулка поблескивали его темные глаза, выдавая возбуждение. Вместе с вонью от трупа и грязной улицы, здесь пахло кровью. Запах этот успел прочно связаться в сознании копа с его нечастыми убийствами. И вызывал соответствующие эмоции. На скулах Адама заиграли желваки. Ублюдок хотел лишить его сестры. По хорошему, таких, как этот, неплохо было бы вырезать вот так ночью, в безлюдных переулках, одного за одним. Город бы не обеднел. Напротив, за это стоит сказать спасибо. - Видел кто? Нет? Хорошо. Молчи об этом - и ничего не будет, - тихо произнес коп, не глядя на сестру.
Адам развернул тело лицом к асфальту, стащив с него куртку, и промокнув ею лужу крови. Ткань тотчас начала пропитываться, разбухая и будто чернея на глазах.
- Обожди здесь полминуты.
Кэролл смотался к машине, вернувшись с парой больших пластиковых мусорных пакетов. В самый раз - для жмурика с этой улицы. Вернувшись, по-быстрому затолкал труп с двух сторон - в два пакета, туда же отправив послужившую тряпкой куртку. Закинул тело на плечо, направился к машине, молчаливым кивком пригласив Никки следовать за собой.

Отредактировано Адам Кэролл (2013-05-08 23:56:19)

+1

6

Молча, с мольбой смотрела на братика. Разрядами электрического тока по каждому нейрону чувствовала накатывающее напряжение. Не знала чего ждать и боялась даже предполагать. Лицо Адама окаменело, перестав выражать даже то удивление, что сквозило в темных глазах. Никки вздрогнула, закусив нижнюю губу. Стояла, боясь пошевелиться, не то что уж дышать. До боли вглядывалась в его лицо, пытаясь прочесть хоть что-то. Слово темнота вокруг колыхалась, сгущаясь. Тени, ставшие привычными спутниками снов, рассерженными кошками подбирались поближе, пробно тянули лапы и пока еще испуганно отскакивали, шипя. Свет с улицы за спиной братика бил по глазам, высвечивал все детали его напряженной фигуры. Был с этим светом так гармоничен... Ударом хлыста прошлось вдоль позвоночника осознание. Простой, по сути вещи. Кролик лучше сам сразу умрет, если братик решит отвернуться от него. Никки не могла позволить этого. Не могла остаться в этой темноте. Словно помешательство какое-то...
Адам убрал оружие. Ступал быстро, осторожно минуя лужу крови. Рыжая наконец смогла вздохнуть. Рвано втянула воздух, опалила легкие. Почувствовала себя вымотанной до предела, но...Счастливой. Братик не отвернулся. У нее еще есть шанс. Потянулась к нему, к свету за ним; утонула в темноте глаз. Медленно кивнула. Его "Никки" всегда действовало почти волшебно. Если ровный, хрипловатый голос брата говорил успокоиться - рыжая повиновалась. Он так редко прямо говорил ей что делать, но каждый раз девушка отзывалась бесприкословным подчинением. Верила безоговорочно.
- Хорошо, - с трудом шевельнув бледными губами, кивнула. Что бы успокоить дрожь в руках, кое-как вытерла кровь с ножа и сунула его обратно в небольшие ножны. Затем в сумку на длинном ремне, болтавшуюся через плечо. Во взгляде, которым кролик следила за братиком, мешался страх, удивление и возбуждение. Кровь, труп, убийство на ее руках, братик над телом, не такой уж большой разрез на пузе, сама рыжая с ножом в руках...Всего этого было слишком много. По крайней мере для сиюминутного осмысления. - Не знаю.., - На этот раз предельно честно. И правда не знала. Просто...действовала тогда. И вот...
Столкнувшись взглядом с братиком, зацепилась за непривычный, темный блеск его глаз, ставших совсем черными. Сердце почему-то пропустило удар. Не понимая этого выражения, виновато опустила плечи. Больше Адам не поднимал на нее взгляд, а на его лице играли желваки. Рыжая опустилась на корточки, деревянными пальцами вытирая свои кроссовки от крови, что бы не наследить. Помедлив, отрицательно мотнула головой в ответ на первый вопрос:
- Вроде не было никого. И когда шла...Только он, - Подняла взгляд на брата, тщетно попытавшись поймать его взгляд. Остро понимала, что жизнь бы отдала за то, что бы понять, о чем он думает. Коротко кивнула и вновь потупилась на темную джинсу. В почти черной ткани сыто и маслянисто поблескивали влажные капли. Их было не столько видно, сколько они чувствовались. Чужая кровь на ее коже. Никки закрыла глаза, закусив губу. Когда братик вернулся с мешком, лишь мимоходом удивилась тому, откуда в машине копов рулон больших плотных пакетов для мусора. Не стала заострять внимания, желая побыстрее убраться отсюда. Напряжение покалывало кончики пальцев и меж лопаток.
- Спасибо, - Тихо пробормотала не своим, ломким голосом, не рискуя поднимать взгляд. Тыльной стороной ладони вытерла влажную дорожку со щеки. Старалась не мешаться. Но заметив на носке массивных полицейских ботинок уже знакомый маслянистый блеск, потянулась салфеткой, что бы вытереть. Чудом не вписалась в локоть братика, но миссию свою выполнила. Вновь виновато сжалась, потянув с шеи свой шарф, что бы вытереть остатки крови с асфальта. Затолкав его в мусорный мешок вместе с испачканными кровью салфетками, послушно поднялась следом за братом. Из переулка высунулась первой. Повертела головой, осматриваясь, пробежалась взглядом по темным бездушным окнам домов. Зачем-то медленно кивнула и, наконец, рискнула напряженно взглянуть на братика.
Пока он не захлопнул багажник, все не рисковала от него отходить. Да и после, с явной неохотой обогнула полицейскую машину, сев на сидение. Опустила взгляд на свои нервно заломленные пальцы. Нестерпимо хотелось прикоснуться к Адаму, привычно сжать его предплечье и уткнуться носом в плечо. Но рыжая до дрожи боялась. Вдруг оттолкнет..? Имеет полное право...
- Что дальше? Как...что ты будешь делать? - Лишь тихо спросила, не выдержав. И вновь попыталась поймать его взгляд.

0


Вы здесь » Ищейки » Чистилище » Я знаю точно наперед...сегодня кто-нибудь умрет.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC